28.06.2008
Публикации

Го Си [ок.1020-ок.1090]

Го Си — выдающийся художник-пейзажист китайского Средневековья — вошел в историю искусства как завершитель традиции монументального пейзажа X—XI веков. О жизни Го Си сохранилось очень мало сведений. Из записок современников известно, что он был членом императорской Академии живописи и занимал должность наставника искусства. Известно также, что он учился у Ли Чэна, живописца X века, но создал свой стиль в изображении высоких вершин, старых сосен, туманных далей. Помимо традиционных живописных свитков он расписывал ширмы для даосских храмов и создавал настенные росписи, изображающие картины природы.

Время, когда жил и творил Го Си, соответствует периоду правления династии Северная Сун (960—1127), когда пейзажная живопись достигла расцвета. Пейзаж в китайском искусстве появился очень рано. Это связано с особым отношением человека к природе, характерным для китайской средневековой культуры. В Китае еще в глубокой древности природа представлялась человеку огромным единым организмом, развивающимся на основе собственных законов, а сам человек рассматривался в единстве с природным миром. В постоянном движении и изменчивости природы человек находил соответствие своей жизни, движениям и порывам своей души.

Го Си был одним из величайших мастеров своей эпохи, создававшим монохромные величественные картины гор и вод. В самом термине пейзажа «шань-шуй» («горы-воды») воплотились понятия о дуальных силах вселенной — мужском и женском началах, определявших ее гармонию.

Как и другие китайские живописцы, Го Си писал свои картины на длинных горизонтальных или вертикальных шелковых свитках. Мастеру приписывается двенадцать дошедших до нас картин, но подлинными можно считать только три.

Осень в долине Желтой реки. XI век (Фрагмент)

На завораживающей силе ритмических пауз построен длинный горизонтальный свиток Го Си "Осень в долине Желтой реки" (Вашингтон, Галерея Фрир). Здесь под его кистью рождается образ изменчивой и многообразной осенней природы. Как и все китайские средневековые живописцы, Го Си не воссоздавал конкретный пейзаж местности. Его пейзажи — идеальные картины мира, обобщающие ранее увиденные и запечатленные памятью образы. Художник зафиксировал все, что прошло мимо его взора во время долгого путешествия по Желтой реке: цепи гор, осенние яркие деревья, старые сосны и хижины, утонувшие в волнах осеннего тумана. Мир, изображенный им, не окинуть единым взглядом, это не какой-либо конкретный уголок местности, а впечатление от многократно пережитого и прочувствованного. Многометровая картина кажется бескрайней. Она не имеет начала и конца, пейзаж как бы продолжается за ее пределами. Тишина и покой, окутывающие осеннюю природу, — основа эпического звучания картины, построенной на ритмических повторах и нюансах черной туши то мягкой и воздушной, то ложащейся на шелк тяжелыми сильными штрихами. Эти нюансы так продуманы в своем многообразии, что зритель воспринимает черный цвет как богатую красочную гамму реального мира. Он ощущает и влажность осеннего воздуха, и теплоту приглушенных осенних красок. Продуман и образ бесконечно широких далей. Го Си достигает ощущения простора тем, что срезает вершины гор в верхней части свитка, и стволы деревьев в нижней, отделяя первый план от второго пеленой тумана, как бы позволяя фантазии зрителя расширить границы увиденного. Как и в других пейзажах сунских живописцев, человек играет у Го Си подчиненную роль, он неотделим от природы, слит с ее жизнью, что проявляется и в масштабном сопоставлении крошечных фигур путников в масштабах высоких гор и деревьев.

Ранняя весна. 1072

Тем же острым чувством красоты и изменчивости мира проникнута и другая картина Го Си "Ранняя весна" (1072, Тайбэй, Дворцовый музей). В ней ощутим почерк мастера, несмотря на то, что Го Си наполнил ее другими настроениями, наделил другими ритмами. Здесь показана уже не осенняя дремлющая природа, а мир, пробуждающийся от сна и полный движения. Ритмы картины напряжены и беспокойны. Силуэты гор словно растут, прорывая туман, а деревья, будто стряхивая с себя сон, расправляют свои еще безлистые ветви. В этом вертикальном свитке передано ощущение могучей стихийности природы, ее напоенности весенними соками.

Свои наблюдения над природой Го Си, как и многие художники китайского Средневековья, раскрыл не только в живописи, но и в поэтическом трактате, названном О высокой сути лесов и потоков. Этот трактат, дошедший до нас в пересказе сына художника Го Сы, поражает зоркостью, богатством знаний и почти научной точностью. Подобно другим теоретикам своего времени, Го Си считал, что красота природы заключена в ее беспрерывной изменчивости. Но, чтобы понять ее, нужно постичь и все изменения, рождающиеся в душе человека, путешествующего по ее просторам. Это было важным и новым обобщением философских идей прошлого. Он писал: «Туман и облака весной образуют сплошную пелену, и люди радостны. Роскошные деревья летних гор тенисты — люди безмятежны, спокойны. Осенние горы чисты и прозрачны: листья опали — люди суровы. Зимние горы покрыты темными грозовыми облаками — люди унылы, подавлены». Го Си размышлял и над тем, как передать изменения в природе при взгляде на нее с разных расстояний. «Смотришь ли ты на гору вблизи или на ли дальше, или с еще более далекого расстояния, это все та же самая гора. Но чем дальше от нее удаляешься, тем больше изменяется он для глаза». Мастер сформулировал также особенности пространственных соотношений, обобщив важнейшие эстетические воззрения своего времени. Философский и поэтичный трактат Го Си сыграл для последующих поколений исключительно важную роль, став теоретической базой художественной практики.

Надежда Виноградова